Праздник мертворождённых стартапов

Кризис — это шанс, начало новых возможностей. Какая красивая, и приятная правда — так и хочется повторять в упоении словно мантру. Забывают только, что эта правда не всем по карману.

Фигурка зверюшки в траве сада.
У нас кругом стартапы, мир просто фонтанирует смелыми прорывными идеями, призванными изменить человечество. От адептов этих идей уже некуда спрятаться. Мне, например, в последнее время так и сыпятся предложения поучаствовать в новых — революционных, уникальных, многообещающих (нужное подчеркнуть) — мегапроектах. И каждый со сверхоригинальным концептом.

Как-то агитировала одна дама, поработать на энтузиазме в свежеоткрывшемся журнале для родителей. Захлебываясь от восторга, она уверяла, что это новое слово в медиа. Перейдя на интернет-страницу журнала, я увидела типичный мамский сайт — унылый, дряблый, нуднейший, каких тысячи, нафаршированный заметками типа «Защищаемся от простуды» или «Приучаемся к горшку». С дамой я вежливо попрощалась. Она еще несколько дней засыпала меня сообщениями с невразумительными словосочетаниями вроде «крупномасштабный интерактивный сервис» и «агрегатор практического контента». Через месяц проект заглох.

Зазывали меня и в новый мужской журнал. Сотрудничество тоже предполагалось исключительно некоммерческое. Да и что такое презренные гонорары? Зачем они, когда грядет слава ведущего обозревателя самого концептуального из всех концептуальных СМИ?

- Это ведь не про какие-нибудь там авто, гаджеты, бизнес и тупой культуризм, - с чувством легкого высокомерия парировал будущий медиамагнат.
- А про что?
- Про новые смыслы! - он почему-то все время кричал в переписке. - Уже через три месяца мы выйдем на самоокупаемость, через полгода мы порвем в клочья «Максим», нам будет завидовать «Эксвайер»!
- А в чем смысл новых смыслов?
- Это будет журнал для чтения! - выдал наконец секрет фирмы без пяти минут издатель.

Действительно, революционно, черт возьми.

Журнал для чтения вышел три раза. Он был даже красивый. Красиво и умер — достойно, не привлекая внимания.

А буквально на днях пригласили меня в совсем уж переворотный стартап, миссия которого, ни много ни мало, — развитие культуры мысли. Проект прямо распирает от «собственной коннотоционности и сингулярности». Из презентации создателей этого чуда чудного, я поняла мало что. Ну разве только, что через года-два это будет самый мощный крауд-проект. Краудафинг — в переводе на русский это такое респектабельное попрошайничество, отнюдь не новость в нашей задыхающейся от новых смыслов действительности. Ну а пока мощным проект не стал, и пожертвования не обрушились на него Ниагарой, вместо денег предлагают за работу бонусы в виде «коммуникации с ведущими профессионалами в самых разных областях». И многие с этими ребятами задружились.

А почему нет? Отчего бы и не поиграться на досуге? Ну, надоело какому-нибудь вчерашнему менеджеру из ООО «Круговорот пустоты в природе» и его подружке выпускнице филфака пединститута работать на дядю, решили они, что сами с усами. Подумаешь денег нет и мыслей. Главное — установка на успех и дерзость непосредственности. И все получится, потому что кризис — это шанс.

Что с того, что 95% стартапов умирает в «грудном» возрасте? Это всякие ординарности, это значит не было уникальной концепции. Ах, говорят, что из выживших 5 % подавляющее большинство не дотягивают до пятилетия? Это вообще смешно, жить надо сегодня, сейчас, оптимизм — наше все.

Короче, главное — позитивное мышление. Оптимизм — это здорово. Философия гербалайфа.

Во времена Вольтера, однако, ничего про гербалайф не слышали и приходилось разрешать вопрос с нуля:

– Что такое оптимизм? – спросил Какамбо.
- Увы, - сказал Кандид, - это страсть утверждать, что все хорошо, когда в действительности все плохо.

Вот у нас как раз все не очень. Не то чтобы совсем скверно, но так себе. Это можно не признавать, можно и дальше инфантильно талдычить, что успех — это внутренняя экзистенциальная работа. Но тем, кто ищет работу реальную, лучше бы не обольщаться. Старый добрый реализм имеет наглость утверждать: чтобы что-то получить, нужно что-то произвести, чтобы произвести — мало умения «нестандартно и смело мыслить», нужен капитал. Идеи ничего не стоят. Особенно когда их нет. А пузыри лопаются.

Статья опубликована в газете"Невское время" в сентябре 2015 года.